О народно-церковном почитании


Статья впервые была опубликована на ресурсе http://orthodox.etel.ru/2005/27/pochit.htm в 1993 г.

Архиепископ Мелхиседек

О НАРОДНО-ЦЕРКОВНОМ ПОЧИТАНИИ ЦАРЯ-СТРАСТОТЕРПЦА НИКОЛАЯ II АЛЕКСАНДРОВИЧА, ЕГО АВГУСТЕЙШЕЙ СЕМЬИ И СОНМА ВСЕХ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РОССИЙСКИХ.

Из истории 

          В последние десятилетия не было, наверное, более отрицательного персонажа нашей историографии, чем Царь Николай II, и не только он сам, но и Самодержавие, как институт власти и Православия, как духовная основа государственной и общественной жизни России. Все мазалось черной краской в десять кистей всеми средствами массовой информации, литературой и искусством. Мастера кисти и пера, «инженеры человеческих душ» изощрялись в придумывании самых уничижительных эпитетов и ярких образов, чтобы представить Царизм в самом неприглядном свете. Придумывались эпизоды и целые истории, где могли бы развернуться вымышленные ими персонажи, изображавшие русских царей (а также «попов, помещиков, религиозных фанатиков, ханжей» и пр. и пр.). Зато какие-то деяния замалчивались, не упоминались, а то и вообще отрицались как не бывшие. Например, в 1961 г. никак не был отмечен столетний юбилей освобождения крестьян Александром II.

          Но более всего досталось царю Николаю II. Оказалось, что им мало было убить Его, но память имени Его хотели уничтожить. Все оказалось тщетно. Как только стало посвободней, обнаружилось явно то, что сохранялось тайно в сердцах и душах людей,— почитание Царя-мученика Николая II Александровича. Это — народное движение, поначалу встретившее отпор со стороны властей, все более возрастает, и это не удел одних только старушек, в нем много людей любого возраста.

          Таким образом, заслуживает внимания не только феномен почитания Царя-мученика Николая II, но и причины существования, возникновения и духовный смысл этого феномена. И чем более задумываешься об этом, тем более осознаешь грандиозность духовного подвига Государя, ибо Господь Сам открывает имена Своих святых и посрамляет дела нечестивцев.

          Почитание Царя-мученика продолжается, наверное, со дня убиения, оно носило разные формы и было, повторяем, прикровенным, поскольку было преследуемым, поэтому достоверных, прямых и точных сведений пока просто нет. Но есть косвенные: например, мемуары и интервью Б.Н. Ельцина, в которых он оправдывает решение о сносе дома Ипатьева тем, что дом стал объектом почитания. Ельцин в ту пору был первым секретарем Свердловского обкома партии и, естественно, располагал всей информацией, какую только могло собрать КГБ. Какая бы ни была истинная причина сноса дома, но версия Ельцина не вызывала удивления или протеста, она была принята, как естественная, так как не противоречила общепринятому мнению. То есть для слушателей и читателей было понятно и объяснимо, что в России есть почитатели убиенного Государя.

          Об истинной причине здесь говорить не место, но все же возникают сомнения в том, что указанная причина является истинной или, по крайней мере, единственной. Примерно тогда же, когда был снесен дом Ипатьевых, был снесен и дом Юровских. Это событие прошло мало кем замеченным, да и сейчас мало кто о нем помнит, и никто никому не объясняет причин сноса этого дома. Причина сноса как того дома, так и другого наверняка одна и та же, но явно иная, чем приводит Ельцин.

          У окна комнаты Ипатьевского дома, где совершалось убийство, по ночам возлагались цветы, особенно в годовщину убийства. Цветы убирали – они появлялись вновь. Так продолжалось годы, и никто не помнит, когда возник этот обычай.

          Наконец, открытое моление на месте дома Ипатьевых состоялось в 1989 году. Вечером в ночь убийства (с 16 на 17 июля) на пустыре, где стоял дом, стали собираться люди. Никто их не собирал, не организовывал, люди пришли сами. Единственным организующим моментом послужило принесение туда хоругвей, Царского орла и Российского знамени. Хоругвей было всего три: с образами св. Гермогена, Тихона и Царя-мученика Николая II. Для последней хоругви канонического образца, к сожалению, не нашлось, и был скопирован портрет (однако, когда хоругвь была развернута и бабушки увидели Царя-мученика, то закрестились, признали, значит). Следует отметить, что уровень мастерства при изготовлении хоругвей был не очень высок, и можно сказать, что в них было больше чувства, чем мастерства.

          Когда появились хоругви, то народу прибавилось, люди сгруппировались в круг, в центре круга стали возлагать цветы, прямо на щебень, и там же возжигать свечи. Так уж получилось, что одни изготовили и принесли хоругви, а кто-то принес цветы и свечи, и при этом никаких оргкомитетов не было (хотя имена известны, но мы их не будем здесь упоминать).

          Был прочитан канон Царственным Мученикам по тексту Зарубежной Церкви, закончилось моление чтением «Отче Наш». Всего участвовало до 200-250 человек самых разных возрастов, в том числе и дети.

          Русская Православная Церковь в лице ее официальных представителей никакого участия не принимала, ни прямого, ни косвенного, не принимали участия также и никакие политические или общественные организации. Люди пришли сами, «без направляющей и организующей», пришли в одиночку или небольшими группами (вроде тех, кто делал хоругви), пришли по велению сердца. Мы подробно останавливаемся на этом, чтобы опровергнуть расхожее мнение или многие расхожие мнения на этот счет.

          Власти города отреагировали на это событие очень резко, лучше сказать, истерично. ОМОН устроил форменное побоище, было схвачено и отвезено в райотдел милиции 11 человек, из них двое несовершеннолетних — мальчик 16-ти и девочка 14-ти лет. Такое совпадение цифр с числом и возрастом расстрелянных удивительно и неслучайно.

          В 90-м году пришли уже тысячи людей, было три православных священника из Патриаршей церкви, была отслужена панихида, но по соседству проходили митинги и выступления ораторов с пламенными речами. С тех пор политическая эксплуатация дней памяти Царственных Мучеников стала их постоянным компонентом. Ночью, в час убийства, был отслужен молебен двумя священниками Зарубежной Церкви, он проходил на частной квартире, участвовало около 20 человек. В том же году 18 августа был установлен деревянный крест на месте убиения, а 4 октября деревянный крест был заменен на металлический, который стоит и поныне. Очень скоро он получил в обиходе название «Царский крест». С его появлением возник еще один обряд почитания — новобрачные в ходе свадебных торжеств возлагают ко кресту цветы. К настоящему времени этот обычай стал общепринятым.

          В 91-м году в Царских днях (так стали именоваться в Екатеринбурге торжества памяти Царственных Мучеников) приняла официальное участие Екатеринбургская епархия.

          Прибыли гости из других городов (в том числе правительственная делегация РСФСР числом 50 человек, вместе с сопровождающими лицами). В этом же году в городе, впервые после 1919 года, был проведен Крестный ход от Вознесенской церкви до Царского креста. Была отслужена великая панихида. Ночью в час убийства был отслужен молебен с водосвятием у Царского креста.

          В 92-м году программа Царских дней заняла 5 дней — с 15 по 19 июля включительно, в ней официально участвовали высшие городские власти, приехали гости не только из других городов, но и из-за границы. Был впервые проведен Крестный ход до Ганиной ямы.

          Сам по себе феномен народно-церковного почитания Царя-мученика Николая II Александровича снимает большую часть возражений, воздвигаемых противниками его всецерковного прославления. Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий в своем докладе, прочитанном на освященном поместном соборе Русской Православной Церкви, посвященном 1000-летию крещения Руси, сказал: «В заключение можно сказать, что в Русской Православной Церкви канонизация святых являлась подтверждением и благословением уже имевших место фактов народно-церковного почитания усопших подвижников благочестия: церковная же власть освящала это почитание и торжественно провозглашала подвижника веры святым». (Канонизация святых. – Троице-Сергиева Лавра, 6-9 июля 1989 г.).

          Определение, преподанное владыкой Ювеналием, позволяет нам увереннее ориентироваться в проблеме. В этом определении подтверждается соборное обсуждение святости и подвижничества, ибо церковный народ и составляет единое соборное тело Церкви. Только среди этого народа и можно проводить обсуждение о причислении Божьего угодника к лику святых, которое происходит действием Духа Святого, а не поисками компромисса с внецерковными силами. Дискуссии и дебаты парламентского типа — это уловка внецерковных, а того вернее, антицерковных сил, и для Русской Православной Церкви негоже на них соглашаться. Еще один миф, внедренный «демократической» пропагандой, — это обсуждение количества почитающих Царя Николая II святым и исчисление этого количества. Не числом сторонников определяется истина и не голосованием на демократический манер, ибо и десять праведников спасут град.

          Единственное, что нас может интересовать при обсуждении вопроса о всецерковном прославлении св. Царя-мученика, — это степень достоверности знамений, даваемых нам Духом Святым в свидетельство святости Государя. Сам факт почитания его уже является чудом, ибо все силы человеческие направлены были на то, чтобы этого факта не было. Вот как пишет св. Иоанн Златоуст: «Если язычник спросит: откуда видно, что Христос есть Бог? (это нужно предложить прежде всего, так как все прочее следует за этим), то я для доказательства не укажу на небо или на что-либо подобное. Если я скажу ему, что Он сотворил небо, землю и море, он не примет этого; если скажу, что Он воскрешал мертвых, исцелял слепых и изгонял демонов, и этого не примет; если скажу, что Он обетовал Царство и неизреченные блага, если буду говорить о воскресении, он не только не примет, но еще будет смеяться. Чем же мы будем убеждать его, особенно если он простолюдин? Чем иным, как не тем, что одинаково признается и мною и им, и в чем он не может сомневаться?

          Если я наперед скажу, что Христос сотворил небо и прочее, то он не скоро согласится поверить. Что же такое, что язычник признает делом Христа и чему он никогда не станет противоречить? То, что Христос насадил Христианство; и язычник, конечно, не будет противоречить тому, что Христос основал церкви по всей Вселенной. Отсюда и мы заимствуем доказательства силы Его <...>. (Иоанн Златоуст. Рассуждения против иудеев и язычников о том, что Иисус Христос есть истинный Бог. – С-Пб., 1898 г. – Т. 1, кн. 2. – С. 813-814).

          Как видим, св. Иоанн Златоуст считает, что сам факт становления Христовой Церкви есть чудо и что это чудо убедительно даже для язычников. Церковь Христова созидалась силой Божией вопреки многим человеческим усилиям. Не то же ли самое мы наблюдаем и в отношении почитания св. Царя-мученика, не подобное ли чудо перечеркнуло все человеческие усилия, направленные на то, чтобы даже имени его не осталось в сознании людей, а не то что почитания его.

          Сходство моментов, значение знамения еще более усиливается, если напомнить, что римское общество той поры (начиная от императорской эпохи) было не столько языческим, сколько атеистическим. Да и если вдуматься, приводимый текст св. Иоанна Златоуста построен в форме логического парадокса и рассчитан на рационалистическое восприятие атеиста-материалиста — ну впрямь для нашего современника из какого-нибудь НИИ. Сейчас мы видим, что и для почитания Государя нет никаких разумно рационалистических причин. Значит, это причины сверхразумные — Божеские.

          Как сказано св. апостолом и евангелистом Иоанном Богословом о Боге Слове, воплотившемся во Христа: «В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его». Святость и свет – слова единого корня, и означают понятия единой сущности. Не в силах человеческих загасить этот свет.

          Это и есть наиболее общий ответ на вопрос о духовной природе почитания Царя-мученика Николая II Александровича и Его Августейшей семьи и сонма всех новомучеников и исповедников российских. Как оказалось, не в силах человеческих загасить их свет, следовательно, этот свет Божественной святости. Православный самодержавный Царь есть образ Царя Небесного. Он через миропомазание мистически соединяется с Богом и с людьми своего народа. Эту мистическую связь люди и чувствуют, но не только ее.

          Россия охвачена тьмою, как и весь мир. Толкователями Св. Писания вышеприведенные слова о тьме понимаются, обыкновенно, как заблуждения языческого мира, которые господствовали до пришествия Спасителя. Опыт XX века, кровавый и страшный, показывает, что слово «тьма» должно пониматься гораздо глубже — как сказано: «Первосвященникам же и начальникам храма и старейшинам, собравшимся против Него, сказал Иисус: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня. Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук, но теперь ваше время и власть тьмы».

          Никак не в язычестве обвинил Христос первосвященников и старейшин, а в том же, в чем уже обвинял: «Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего».

          Тьма, затопившая мир, — атеизм и материализм, и благополучный Запад охвачен тьмою гораздо сильнее и глубже, чем Россия, ибо в России не разучились различать свет, и об этом свидетельствует народно-церковное почитание Царя-мученика Николая II. Вопреки мифу, усиленно внедряемому либеральствующими «богословами», тьма затопила Россию не после и не вследствие добровольного отречения Государя Николая II, а наоборот — не тьма была вызвана отречением, а отречение тьмою. Духовный подвиг Государя определен Провидением для спасения России от власти тьмы. Он добровольно отдал себя на муки, уничижение и смерть по образу Христова кенозиса, и свет святости его не затемнить силам тьмы никакими нагромождениями лжи и клеветы. Народно-церковное почитание его означает, что и народ сохранился, и он находится на пути к спасению.

          Самодержавный Царь подвигом своим духовным указывает нам путь подобно подвигоположнику Иисусу Христу. Как и Христос-Мессия самим фактом своего существования, своей жизни и своей крестной смерти обрывает любые лукавые умствования, так и подобно Ему, св. Царь Николай своим подвигом ведет нас ко Христу, спасая от соблазнов «гуманистических» умствований. И Господь дарует нам еще одно чудо, показывая нам Своего святого, убитого и уничиженного людьми и оболганного, оклеветанного, но Господь не бывает поругаем, Он чудом Своим спасает прежде всего нас, затопленных ложью очередной идеологии. Это чудо не только для знамения нам о святом, но чтобы помочь нам выйти на путь истины, а этот путь, как мы знаем, есть Христос.

 

Архиепископ МЕЛХИСЕДЕК

г. Екатеринбург

Апрель-май 1993 г.